среда, 2 мая 2012 г.

Александр Быков. Моя война

Ночевка в лагере
В сумерках с трудом дошли до бывших оборонительных позиций. И в окопах мы расположились ночевать, причем почти все траншеи наполнены водой. Нам с трудом удалось отыскать один небольшой окоп и семеркой, бывшие рабочие на кухне, заняли его. Мой Сергей тут же взял котелок и отправился к небольшому костру сварить себе пшенную кашу. Там на него набросились голодные старожилы – пленные и отобрали кашу. Вскоре группа этих голодных стали отнимать продукты у людей, которые только прибыли с нами. Такая попытка была применена и к нам, но мы их отогнали. Наспех съел свою конину, я оставив ребят, пошел к старожилам в центр лагеря узнать обстановку. Я увидел драматическую картину. Во многих окопах лежали умершие труппы, а кто еще был живой, выглядели скелетом. От них я узнал, что их пригнали сюда еще раньше. Прибыло еще несколько партий, немцы пищи не давали никому, от истощения люди ослабли и их оставляли здесь, а в тыл гнали только здоровых. Глядя на истощенных людей, что было в кармане, я все отдал этим мученикам и с тяжелым чувством вернулся к своим друзьям. Наступило утро 22-го октября. Мы с Сергеем решили отыскать воду, хотя вся низина и была с водой, но она была перемешена с человеческой кровью, видимо здесь шли жестокие бои, и вся земля была насыщена кровью, и когда шли дожди, она выступила наружу… В одной колее решили утолить жажду. Я через носовой платок немного глотнул и тут же появилась тошнота. Примерно в 10 часов дня послышалась команда строиться на этап.



Смоленский лагерь
Все, кто мог двигаться, вышли на магистраль, нас построили по восемь человек. Колонна была большая. На этот раз немцы выдали одну буханку хлеба глинистого на каждый ряд, весом в 800 грамм, т.е. по 100 грамм на человека и тут же колонну погнали в Смоленск под усиленной охраной с овчарками. Так же, как и ранее, нас строго предупредили, соблюдать порядок, из строя не выходить и не отставать, иначе будут расстреливать. И тут же колонну людей отправили в путь ускоренным темпом. Прошли до двух километров и нам на-встречу подъехали три легковые машины. Они остановились, из них вышло несколько немцев и приказали остановить колонну. Двое немцев ворвались в средние ряды, и насильно вы-хватив нашу девушку-медсестру, вытащили ее из строя. Девушка, как могла сопротивлялась и звала на помощь – но увы, кто мог осмелиться, дерзнуть против бандитов. К счастью, девушку только сфотографировали вблизи колонны и отпустили обратно в строй. По правде сказать, мы ожидали худшего (расстрел отстающих). Как только эти три машины тронулись в путь, вслед за ними погнали и нашу колонну. Но вскоре истощенные люди стали отставать, их тут же на наших глазах пристрелили, затем пристрелили еще 2 человека, которые случай-но оступились и оказались в одном метре в сторону строя ( несколько человек были ранены и убиты). Этот варварский прием основательно потряс многих из нас, мы потеряли веру в целости дойти до Смоленска, не покидала и меня такая мысль, когда прорвались кровавые мозоли в правой ноге, и мне стало трудно идти. В одном месте были густые кусты, я решился бежать, но Сергей удержал меня и стал помогать, чтобы продолжал путь. Вскоре отважились на побег трое смельчаков. Они быстро покинули строй и побежали вглубь редкого леса. Немцы двоих подстрелили, одному удалось убежать метров на 600, но и его достала пуля. Таким образом, пока мы достигли лагеря, наша колонна потеряла 19 человек, все они были убиты в пути.

Барачный лагерь
 Наконец лесной массив кончился. Перед нами появилась открытая местность, впереди город Смоленск. Примерно в четырех километрах от города в сторону от магистрали находился лагерь для военнопленных, в который и поместили нас. Лагерь был огорожен в не-сколько рядов колючей проволокой, по углам на вышках стояла вооруженная охрана. Внутри барака установлены 3-х ярусные нары, пол – земляной, превращен в месиво – настоящее болото. Все нары заполнены людьми и нас расположили среди нар «на болоте». Расстелив свои плащпалатки в это месиво, ночь спали как на «перине». 23 октября 1941 г. Рано утром нас подняли и приказали покинуть барак. Мы с трудом подняли свои плащпалатки с прилипшей грязью и вышли на улицу, получив в первый раз 0.4 литра жидкой баланды, и тут же повезли на работу в Смоленск. Целый день убирали хлам на берегу Днепра. Нашим надзирателем был поляк. 24 октября 1941г. Нас заставили разгружать вагоны, прибывшие с подарками. Груз был соблазнительный. Один из наших не вытерпел и взял из мешка несколько галет и печенья, но конвоир-немец увидел, как ястреб налетел и начал наносить удары палкой по своей жертве. Парень истекал кровью, упал, его вытащили из вагона и тут же прибили насмерть. Тяжело и страшно нам было все это видеть. Вагоны были маленькие против наших советских и мы быстро их выгрузили. После этого, всех построив в один ряд, гитлеровцы стали осматривать каждого. Очередь для осмотра подошла и моя . Немец, который избивал парня, подошел ко мне, пристально посмотрел, а затем вытащив из своего кармана кусочек шпагата, привязал его к пуговицам моей шинели. То же проделал и с моим товарищем Никулкой и Васильевым, затем посадили в машину и повезли по узким улицам города. На одной улице многих ссадили и конвоир куда-то их повел, а нас, троих меченых, повезли дальше. Нетрудно было догадаться, какое было наше состояние. Мы полагали, что нас везут на расправу… И вот остановились около маленького домика с висячим замком на двери, двумя окошками с железными решетками. Дверь закрыл снова на замок. Оказавшись в ловушке по-разному гадали, конечно ждали худшее. Вечером в этот дом впустили еще 5 человек и дверь снова закрылась на замок.

Продолжение публикации
Предыдущая часть публикации
Предисловие к публикации

Комментариев нет:

Популярные сообщения