суббота, 28 июля 2012 г.

Из книги "Тайны тульских улиц"

Южная окраина города. Напротив бывшего кинотеатра "Салют", нынешнего культурно-развлекательного центра "Пионер", есть поворот в сторону РТИ. Это бывший механический переулок, с 1972 года - улица Волнянского.
Именнов этих местах когда-то проходил передний край обороны тулы и стоял расчет передового противотанкового заслона из двух зенитных пушек под командованием лейтенанта Григория Волнянского и политрука Михаила Сизова, остановивших продвижение немецких танков в первый день обороны города.
Прежде чем говорить о том последнем бое лейтенанта Волнянского, наверное, стоит внимательно оценить обстановку, которая сложилась к этому моменту. Уже 19 октября наши войска сдали на подступах к Москве все, что можно. Вслед за Орлом пала Кадуга, потом Боровск, Можайск, Малоярославец. С севера от столицы немцы вошли в Калинин - нынешнюю Тверь. В ночь на 19-е пришлось оставить Лихвин. С 20 октября Москва была объявлена на осадном положении, а 22 октября принято решение о создании городских комитетов обороны в Севастополе, Сталинграде, Туле, Ростове, Курске - всего в 46 городах. 23 октяьря немцы начали наступление на Тулу. Командовал операцией, как всем теперь известно, непобедимый доселе генерал-полковник Гудериан.
Туляки на строительстве оборонительных сооружений вокруг города. 1941 г. 
Впрочем, к тому моменту на него уже была управа. Вот выдержки из Журнала боевых действий, которые приведены в мемуарах Гудериана "танки - вперед".
19.10. 1941 г. Дождливая погода. Наступление откладывается на неопределнное время.
20.10. 1941 г. Продолжиительный, временами сильный дождь делает дороги непроходимыми. Дорога, по которой мы получали предметы снабжения, стала недоступной для колесных машин - по ней могут двигаться только гусеничные тягачи. Поэтому командир дивизии запрещает ей пользоваться.
23.10.1941 г. Приказано атаковать одними гусеничными машинами. Танки используются частично для перевозки горючего.
29.10.1941 г. Мороз. Безоблачно.
30.10.1941 г. Снова дождь.
3.11.1941 г. Ясно и морозно.
10.11.1941. Оттепель.
11.11.1941 г. Сильный мороз. Горючее для танков уже несколько дней доставляют эскадрильи "Юнкерсов", так как в грязи застревают даже танки.
13.11.1941 г. 23 градуса мороза. Гололед.
18.11.1941 г. Пехота может переправляться по льду, а танки еще нет.
Баррикады на улицах зимой 1941-го
Вражеская армия быстро продвигалась вдоль трассы Орел-Тула, надвигаясь на Москву. 24 октября немцы, заняв Белев, вошли на территорию Тульской области. Полковник в отставке Т.Д. Дубинин написал, как очевидец событий, книгу об обороне Тулы, читать которую, честно говоря, скучновато. В ней практически нет деталей и жизненных зарисовок того времени. Что, впрочем, свойственно советской мемуарной литературе, хотя и издана книга в сравнительно недавнее время. А вот в разговорах с журналистами их предостаточно. В 2000 году обозревателю журнала "Власть" Тимофей Дмитриевич рассказывал следующее:
"Те окрыженцы, которые отходили в тулу, представляли собой малоприятное зрелище. Я своими глазами видел, как они отступали прямо через наши боевые порядки.  Представьте себе, что чувствовали наши бойцы, видя. как красноармейцы бегут от немцев. Они рванули к винному заводу и начали громить его. Из автоматов стреляли по цистернам со спиртом, подставляя к дыркам котелки. Как мне рассказывали, один боец пытался зачерпнуть спирт из цистерны сверху, упал в нее и утонул. Спирт тек по земле ручьями".
Тимофей Дмитриевич, кстати, тогда был сержантом 732-го зенитно-артиллерийского полка, в котором служил и Волнянский.
Первая атака немцев на тулу произошла вечером 29 октября, когда уже были заняты Косая Гора, Ивановские дачи, станция "Подземгаз" - нынешний "Гастройдеталь". По воспоминаниям бывшего командира 732-го зенитно-артиллерийского полка противовоздушной обороны М.Т. Бондаренко, "используя свое численное и техническое превосходство. враг пытался 29 октября сходу овладеть тулой. Для этой цели он выделил 5-6 бронемашин, 12-15 танков и 5-6 автомашин с пехотой". То есть для захвата города с оружейными заводами, которые можно было запустить в кратчайший срок, поначалу собирались обойтись пятью машинами пехоты и дюжиной танков, заехав сюда "сходу" на грузовиках.
Осадное положение в городе и прилегающих районах было введено еще 26 октября. По улицам разрешалось ходить только с пяти утра до десяти вечера. Строго-настрого указывалось расстреливать "провокаторов, шпионов, злостных распространителей слухов и других агентов врага".
По воспоминаниям секретаря Центрального райкома партии Тулы А.Н. Малыгина, секретарь обкома партии А.В. Калиновский был вызван в центральный комитет для подробного иструктажа по организации подпольной работы. Малыгин через несколько дней получил задание подготовить два подпольных партийных комитета - на Косой Горе и в Центральном районе тулы. В Центральный район подобрали однорукого рабочего оружейного завода, которого устроили кладовщиком на хлебозавод. Рассудили так: хлебозавод обязательно начнет работать в захваченном городе, причем одним из первых, а безрукий кладовщик вызовет наименьшее подозрение. В то время, как стратегически важная хлебная должность, обязательные при ней спекулятивные комбинации позволят быть в центре событий и собирать максимум информации.
Для руководства подпольной работой на Косой Горе утвердили надежного товарища, у которого оберуки были на месте, и с головой в порядке - бывшего секретаря парткома Косогорского металлургического зав. Однако ему, как потом выснилось, на подпольную деятельность духу не хватило - "с захватом поселка гитлеровцами укрылся в железнодорожной будке, где отсиживался вплоть до овобождения Косой Горы нашими войсками", не будем спешить обвинять несостоявшегося подпольщика в трусости. В одиночку, когда по-настоящему страшно, а врема в мировое торжество самой передовой идеологии сильно подорвана, простая будка покажется надежной опорой.
Население Тулы с каждым днем все больше поддавалось панике. Ведь как ни пресекай "подрывную агитацию", но народ же видит, что "на орловско-тульском направлении наших войск нет, на рубежах города действует один рабочий полк в 600 бойцов, что вооружен он старыми и трофейными винтовками, пулеметами из запасов учебного оружия, ручными гаранатами, бутылками с горючей смесью для борьбы с танками, а зенитные пушки вынуждено сипользуются против танков". Это из воспоминаний М.Н. Тылкина, в то время еще не призванного в ряды Красной армии и жившего в Заречье.
В день, когда враг пошел на штурм, в городе началось разграбление складов и магазинов - милиционеры и части НКВД, призванные охранять порядок, уже были на передовой. "На тележке возили тюки материала, и мешки сахара, и масло, - вспоминала Зинаида Михайловна Самохвалова, в то время - тринадцатилетняя девочка, в интервью корреспонденту ГТРК-Тула. - Мы, дети, подбирали то, что рассыпано: сахарный песок и печенье. Открыты были все склады. Мы видели, как горели элеваторы с хлебом".
А вот как выглядит тот же самый эпизод в воспоминаниях М.Н. Тылкина.
"...Магазины в городе закрывались, и в поисках картошки люди ехали с санками в ближайшие села, деревни, отдавая за нее разную одежду, обувь, кухонные предметы. Достаточно было искры, чтобы вспыхнуло самуправство. В одно холодное октябрьское утро наша улица всколыхнулась криками и гамом отчаянно возбужденных людей, еле тащивших какие-то мешки, корзины, бутыли, мясные окорока, облитые маслом, обсыпанные мукой и разными крупами, увешанные колбасными кольцами, люди походили на каких-то пещерных призраков. Так шло растаскивание торговых складов Ряжского вокзала. Они оказались без хозяев и были оставлены на произвол судьбы. тащили и из брошенных магазинов. Мать наша тоже побежала туда, на вокзал, и вернулась с бутылкой подсолнечного масла - склады уже были пусты".
Уже 31 октября, когда все-таки начали подходить регулярные войска, милицейский батальон сняли с позиций у деревни Михалково - на этом участке расположилась прибывшая дивизия Трубникова - и вернули наводить порядок в городе. Ну тогда, 30-го, все еще виделось в ином свете. Отданные на откуп гражданскому населению магазины, горящеи элеваторы - все это приметы того, что надежды долго продержаться почти не было. Во многих совестких городах власти перед приходом немцев поступали именно так - открывали настеж магазины со складами и жгли то, что не растащат по домам местные жители.
Пушка Волнянского
Без сомнения, общая тревожная атмосфера всех предшествующих началу штурма дней сказывалась и на зенитчиках лейтенанта Григоря Волнянского, они не могли ее не ощущать, не могли не видеть дыма от горящих элеваторов, не чувствовать запах разливающегося по земле спирта, а самое главное - они видели толпу одичалых беженцев, уже мало походивших на солдат. Пока одни подставляли котелки под вытекавший из цистерны спирт, другие готовились к тому, чтобы умереть за Родину. Звучит, может, несколько, высокопарно, но ведь это так!

Гусев С.И. Тайны тульских улиц.- Тула: Дизайн-коллегия, 2011. - С. 43-48.


Продолжение публикации

Комментариев нет:

Популярные сообщения