понедельник, 26 сентября 2011 г.

Почетный гражданин Тулы, Волова и Плавска

На снимке военных лет В.П. Храмченко (слева)
Василию Павловичу Храмченко, защищавшему в сорок первом тульское небо от вражеских ночных бомбардировщиков, командиру авиаполка, участвовавшему во многих сражениях, в марте 2007 года исполнилось бы 100 лет. До этой даты он не дожил немного. В свои 95 ветеран был молод душой и очень активен: доверенное лицо губернатора области, член областного Совета ветеранов войны, выполнял и другие общественные нагрузки.
Многие годы жизни Василия Павловича связаны со строительством, в ДСК «Тулгорстроя» он проработал до своих семидесяти восьми лет.
В.П. Храмченко – почетный гражданин Тулы, Волова и Плавска, кавалер ордена Жукова, двух орденов Красного Знамени, трех – Красной Звезды, трех – Отечественной войны 1-й степени и ордена Александра Невского, многих медалей.
Известность, пришедшая к нему в зрелом возрасте, не отразилась на его характере. Он всегда оставался необычайно скромным, добрым, сердечным человеком. Василий Павлович гордился, что вырос в рабочей семье.
- Я родился в Брянской области, - вспоминал он, в многодетной семье (семеро детей). Уже в 13 лет умел пахать землю сохой, сеять рожь, косить траву, плотничать, сапожничать. Возможно, тогда-то и был заложен фундамент моего долголетия.
Мне было непросто осуществить свою мечту – стать летчиком-истребителем, научиться в совершенстве летать на всех видах самолетов. Сначала пришлось закончить Рязанскую пехотную школу, затем – Саратовское бронетанковое училище и только потом стать курсантом знаменитой Борисоглебской военной школы летчиков им. Чкалова. Хорошая военная подготовка помогала одерживать победы над врагом.
Легендарного летчика туляки не забывают. В марте 2007 года в Туле прошли памятные мероприятия, посвященные его столетнему юбилею, а накануне Дня Победы 2008 года тульской школе №31 было присвоено его имя.
Ниже мы публикуем воспоминания заслуженного ветерана.

«О боях-пожарищах, о друзьях-товарищах…» 

Первый день войны - Перед началом Великой Отечественной войны я служил в Черниговском военно-авиационном училище, готовил будущих летчиков-истребителей.
22 июня 1941 года на аэродроме, где дислоцировалось подразделение, которым я командовал, должно было состояться открытие лагеря. Вся организация предстоящего торжества лежала на мне.
Ночь была прекрасная, настроение приподнятое, в мыслях о праздничных хлопотах я шел по полю аэродрома. Часовые четко несли службу, во всем чувствовался порядок.
Вдруг издалека донесся знакомый звук авиационных моторов, еще едва слышный, но с каждой минутой усиливающийся. А через некоторое время на западном горизонте на большой высоте появилось несколько черных точек. Сомнений не было. Летела группа самолетов. С дежурным по аэродрому мы, не сговариваясь, в один голос произнесли: «Кому-то не спится, и ночью тренируются». Но почему они летят курсом на город, разве ведущий не знает, что здесь запретная зона?
Вскоре стало отчетливо видно, что это бомбардировщики, летевшие на высоте четырех-пяти тысяч метров. Три девятки шли звеньями в кильватерной колонне на расстоянии одна от другой около километра.
Пролетев аэродром, группа перестроилась, ведущий самолет резко развернул влево и с углом крутого планирования пошел вниз. От него с огромной скоростью на землю стали падать «черные точки». Это мне уже было знакомо. Я дал команду поднять звено в воздух и побежал к своему самолету. Видя меня бегущим, стоявший у него часовой стал снимать с мотора чехол.
Быстро запустив двигатель, прямо со стоянки дал полный газ. Самолет с бешеной скоростью набирал высоту, но мне казалось, что я лечу очень медленно.
Немного успокоившись, в районе железнодорожного моста я увидел разрывы бомб. Высота три тысячи метров. Группа вражеских бомбардировщиков пошла на повторный заход. Теперь единственным моим желанием было во что бы то ни стало сбить ведущего группы. Мы шли навстречу друг другу – я метров на пятьсот ниже. Расстояние до бомбардировщика около двух тысяч метров. Глядя в прицел, отчетливо увидел на крыле фашистскую свастику. Стиснув зубы, повел самолет в атаку.
Когда расстояние сократилось до двухсот метров, дал очередь по кабине пилота. Мгновение – появился дым, потом языки пламени, из нее вывалился парашютист. Самолет камнем пошел к земле…
Я был вновь готов к атаке, но стоило мне появиться над бомбардировщиками, как они открыли по моему самолету ураганный огонь. Пришлось беспрерывно бросать самолет то в одну, то в другую сторону и вести огонь с дальних дистанций.
…Посмотрев на воздушный бой звена под командованием старшего лейтенанта Тимошенко (им уже было сбито три самолета), я бросился вдогонку за уходящим бомбардировщиком, уничтожить который решил таранным ударом, так как кончились боеприпасы.
Зайдя в хвост самолета, завис над ним. Секунда колебания… и лопасти винта врезаются во вражескую машину. Удар – и мой самолет свечой идет вверх, затем, потеряв скорость, переворачивается и входит в штопор.
Все усилия покинуть самолет успехом не увенчались – он камнем падает вниз… Парашют удалось раскрыть, когда земля была уже совсем близко. Воздушной волной от взорвавшегося самолета меня отбросило в сторону, и я потерял сознание. В себя пришел только через несколько суток в медсанчасти. Так начался и закончился мой первый день войны.

В небе над Тулой, сорок первый год 

В.П. Храмченко
- Авиационный полк ночных бомбардировщиков дальнего действия совершал рейды в тыл противника, наносил массированные бомбовые удары. Около тысячи успешных боевых вылетов совершили летчики полка зимой 1941-1942 гг. при защите Москвы и Тулы. Асы авиации Токаренко, Бидненко, Щербина, ориентируясь в любых, даже самых неблагоприятных метеорологических условиях, выходили в заданный район и по-снайперски точно ударяли по целям. Я знал цену каждой боевой машины. Берег свои экипажи.
К середине ноября 1941 года обстановка на тульском участке фронта обострилась до предела. Тула находилась в полукольце окружения. 17 ноября на уничтожение подходящих резервов противника поднялась первая эскадрилья капитана Ульянова, за ней – вторая эскадрилья капитана Кожанкина, третью эскадрилью повел мой помощник капитан Турыкин. Несмотря на снегопад, плохую видимость, полк в этот день совершил 62 боевых вылета.
Весь день и последующую ночь не прекращался гул моторов. Так, изо дня в день наши летчики методично уничтожали фашистские полчища Гудериана. Ночью над полем боя висели осветительные ракеты, рвались бомбы.
… Враг в районе Алексина начал подтягивать свежие силы. 2 декабря он перешел в наступление в районе Ревякина и Руднева с целью замкнуть кольцо окружения тульской группировки в районе Венева.
В течение 2-4 декабря противнику удалось потеснить наши войска, перерезав железную и шоссейные магистрали Тула-Серпухов, и вплотную подойти с северо-запада к Веневу. Юго-восточнее города, где развивал наступление 43-й армейский корпус немцев, вел оборону полк НКВД.
Этот период был самым напряженным. Противнику удалось, хотя и с большими потерями, подойти к Веневу. На наш 594-й полк возлагалась ответственная задача: во взаимодействии с наземными войсками «перемолоть» основную ударную группировку Гудериана.
Летчики, совершая по три-четыре вылета в день, в боях проявляли героизм, мужество и шли порой на самопожертвование.
4 декабря группа самолетов под командованием капитана Турыкина под сильным зенитным огнем противника штурмовала фашистские танки и пехоту северо-восточнее Руднева. Самолет младшего лейтенанта Коберника был подбит зенитным огнем, мотор заглох. Экипажу ничего не оставалось, как произвести посадку в расположении вражеских войск.
Самолет, управляемый летчиком Токаренко, приземлившись под носом у противника, забрал экипаж Коберника. Благодаря огневой поддержке своих товарищей, заставившей немцев зарыться в снег, он поднялся в воздух и благополучно вернулся на свой аэродром.
Об этом героическом подвиге на следующий день знали все бойцы и командиры. За смелость и находчивость командир группы капитан Турыкин был награжден орденом Красной Звезды, члены экипажа Токаренко – орденом Красного Знамени, а экипажа Коберника – медалями «За боевые заслуги».
8 декабря войска 10-й армии под командованием генерала Голикова преследовали отступающих немцев в районе Епифани. Авиации был дан приказ уничтожить противника.
В 16 часов экипаж самолета в составе летчика Шмигельского и штурмана Семенова совершал западнее Епифани третий в этот день вылет. Во время штурма отходящих танков и пехоты противника самолет был подбит зенитным снарядом и загорелся. Высота около ста метров, прыгать с парашютом нельзя – кругом немцы. И летчики повторяют подвиг капитана Гастелло, направив свой горящий самолет в гущу вражеских войск.
За мужество и героизм лейтенант Шмигельский и капитан Семенов были посмертно представлены к званию Героев Советского Союза.
Немецкое отступление на тульском направлении превратилось в паническое бегство. Противник оставлял на поле боя технику. В большинстве своем исправную, и огромное количество трупов. А наши летчики не давали отходящим войскам передышки, бомбя их на всех дорогах.
19 декабря летчики авиаполка преследовали отступающие войска Гудериана по дороге Щекино-Плавск. Погода была скверная, видимость 150-3200 метров.
При штурме вражеских войск в городе Плавске самолет, управляемый старшим лейтенантом Соболевым (штурман – лейтенант Логачев), был подбит зенитным огнем. На горящем самолете летчик произвел посадку на огородах Плавска. Вокруг были немцы. Члены экипажа, несмотря на ранения, успели снять турельный пулемет, вытащить диски с патронами.
Очевидцы рассказывали, что неравный бой двух летчиков с сотней гитлеровцев длился около получаса. Израсходовав боеприпасы, в личном оружии они оставили по одному патрону для себя.
После освобождения Плавска 20 декабря летчики с почестями были похоронены. Жители этого города свято чтят память о героях. А.К. Соболев и А.И. Логачев посмертно были представлены к званию Героев Советского Союза.
В те незабываемые грозные дни газета «Красная Звезда» писала: «В битве под Москвой и Тулой по разгрому немецко-фашистских войск отличились войска генерала Конева и авиация капитана Храмченко».
Спустя четверть века в Плавске был установлен памятник, а мне как командиру 594-го авиаполка присвоили звание «Почетный гражданин города Плавска».

***
После войны В.П. Храмченко активно занимался общественной работой.
На снимке он крайний справа.
Тула, которую защищал Василий Павлович Храмченко в суровые дни войны, стала его родным городом с августа 1948 года.
Здесь, в переулке Отбойном, бывший летчик построил большой дом, разбил чудесный сад, вырастил четырех сыновей и постоянно трудился. Почти сорок лет отработал он «на гражданке». Учил летать молодежь в аэроклубе, читал лекции в обществе «Знание», занимался ветеранской работой, гражданской оборонной и профсоюзной деятельностью в «Тулгорстрое».

Источник:
Почетный гражданин Тулы, Волова и Плавска // Мастера строительных дел: книга очерков о тульских строителях. Тула, 2010. С. 69-75.

Комментариев нет:

Популярные сообщения