воскресенье, 31 марта 2013 г.

Из книги "Тайны тульских улиц"

Сизов - по воспоминаниям, плотный, коренастый, с коротко остриженными волосами, в то время на батарее был самый старший - 26 ноября ему исполнилось сорок пять. "Умудренный опытом жизни, он пользовался большим уважением и любовью воинов", - вспоминал бывший политработник полка Т. Дубинин, который писал также, что Сизов сам попросился на этот участок, на передовой край обороны.
Беседа с личным составом. Начало 1942 года.
"Вместе с секретарем партийного бюро старшим политруком Моськиным мы пришли утром 28 октября к воинам группы лейтенанта Волнянского, чтобы поговорить с ними о предстоящих боях. Настроение у всех было приподнятое, бодрое. Командир орудия ефрейтор Никитенко поражал крепким телосложением и завидным спокойствием. Рядом с ним стоял командир взвода лейтенант Волнянский. Воин-комсомолец, посланный на самый ответственный участок обороны. Здесь же комиссар Сизов.
- Как дела?- тихо спросил у лейтенанта Моськин.
- Врага не пропустим! - уверенно ответил Волнянский".
Должно быть, в воздухе витало нечто такое, что главный вопрос - "как дела?", которым, в зависимости от тона, можно подбодрить, поднять боевой дух, - товарищ Моськин не решился произнести вслух, а задал так, чтобы не услышали все остальные. Какими глазами провожали они, обреченные на смерть, приходивших их навестить московских журналистов да местных политруков? О чем думали? Или старались и друг перед другом скрыть и волнение, создавая видимость того самого приподнятого и бодрого настроения?
По воспоминаниям  Сизова,  , "было нас немного. Всего двадцать один человек: командир взвода лейтенант Григорий Матвеевич Волнянский, командиры орудий ефрейторы Федор Никитович Никитенко и Иван Герасимович Казак, наводчики красноармейцы Беспалов и Шведов, заряжающие красноармеец Александр Васильевич Волокиткин и замполитрука Василий Федосеевич Шейко, бойцы орудийной прислуги ефрейторы Сиренко и Жарков, красноармеец Евдокимов, разведчики красноармейцы Колобашкин, Арифметиков, Голуб и другие. Командиру группы Волнянскому только что исполнилось двадцать лет".
Впрочем, первую боевую проверку выпускник Чкаловского училища зенитной артиллерии уже прошел. Еще в сентябре Волнянский был командирован в Болохово, для противоборства с самолетами, державшими курс на Москву. Болохово - можно сказать родные для Сизова места, а потому именно он первым и отправился сюда с группой бойцов на рекогносцировку местности. По рассказу Т.Д. Дубинина в книге "Непокоренная Тула", для огневой позиции выбрали площадку на опушке небольшой березовой рощицы, которая хорошо маскировала орудия и не мешала стрельбе. И 27 сентября в 16 часов 46 минут был сбит "хейнкель". Таким образом батарея первой в полку открыла счет сбитым самолетам.
"Когда зенитчики раскрыли себя, от общего строя отвалило звено бомбардировщиков и повернуло на батарею, - рассказывает далее Т.Д. Дубинин. - Остальные продолжали полет в сторону Москвы. ... Тем временем отделившееся от общего строя звено было совсем уж близко от батареи. Комбат приказал Волнянскому перенести огонь на это звено.
В считанные секунды зенитчики развернули орудия, открыли огонь и заставили фашистов повернуть назад. Но ненадолго. Выйдя из зоны огня, они начали перестраиваться боевой порядок "круг" для пикирования. Время пребывания самолета в пике исчисляется секундами  Поэтому дрогнул зенитчик, допустил ошибку, неточность - исправить уже никогда  самолет сбросил бомбы. Зенитчики ударили прямой наводкой. Орудийные выстрелы смешались с глухими разрывами бомб..."
На следующий день бомбардировщики повторили налет к тому месту, где стреляла пушка Волнянского. Однако все заготовленные бомбы летели на ложные позиции - когда стемнело, зенитчики сменили огневую позицию. Зато когда самолеты, отбомбившись, полетели назад, они снова попали под огонь Волнянского, и был сбит еще один "юнкерс".
Как пишет Дубинин, подобный маневр потом часто использовался, и такие батареи стали называть кочующими или батареями-охотницами. "Командование сделало вывод: нельзя ждать врага на одном месте - надо действовать активно".
После первой схватки с немецкими самолетами батарея понесла некоторые потери. Ранен заряжающий Александр Волокитин, но не покинул поле боя, оставался с боевыми товарищами. Были разбиты полевая кухня и машина с батарейными товарищами. Были разбиты полевая кухня и машина с имуществом. У Сизова с головы слетела от пулеметной очереди старомодная буденновка. Но более других пострадал наводчик Иван Беспалов - он в результате авианалета лишился гармошки. Правда, уже по возвращении в Тулу пошел на гармонную фабрику, рассказал о своей беде и получил новую трехрядку.
Несмотря на молодость, Волнянский показал сея толковым командиром. Еще после первого боевого крещения командир батареи, лейтенант М.И. Зайцев отмечал, что он уверенно руководил огнем, четко отдавал команды. И теперь, пр  подготовке к отражению танковой атаки, Волнянский использовал все отпущенное для подготовки время. Он, по рассказу Сизова, "произвел топографические рассчеты, заранее обсудил с командирами орудий и наводчиками возможные варианты боя, с утра до позднего вечера отрабатывал с ними приемы стрельбы по наземным целям".
Март 1945-го. Крайбург. М. Сизов сидит третий справа.
Есть в воспоминаниях политрука еще одна деталь, о которой нельзя не упомянуть.
"В тот день почти все воины передового заслона подали заявление с просьбой о приеме в партию. Примостившись на снарядном ящике, я написал рекомендации лейтенанту Волнянскому, ефрейторам Никитинко, Жаркову, красноармейцам Беспалову, Евдокимову, Колобашкину, Арифметикову".

Гусев С.И. Тайны тульских улиц.- Тула: Дизайн-коллегия, 2011. - С. 51-54.

Комментариев нет:

Популярные сообщения